Inhaltsverzeichnis

1. TITELBLATT

2. IMPRESSUM

3. I

4. II

5. III

6. IV

7. V

8. VI

9. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

10. ПИКОВАЯ ДАМА (RUSSISCH)

Александр Сергеевич Пушкин
Пиковая Дама / Die Pique-Dame
Zweisprachige Ausgabe
Übersetzt von Alexander Eliasberg

Klicken Sie auf die unterstrichenen Querverweise, um zwischen der zweisprachigen Version und dem Original zu wechseln.

Der Originaltext und die Übersetzung sind gemeinfrei. Die Rechte für die synchronisierte zweisprachige Ausgabe und für die von uns in der Übersetzung ergänzten Textpassagen liegen bei Doppeltext.

Unser Programm umfasst viele weitere zweisprachige Titel. Besuchen Sie www.doppeltext.com, um mehr zu erfahren.

Wir freuen uns auf Ihre Meinung und Kritik.

Doppeltext
Igor Kogan & Tatiana Zelenska
Karwendelstr. 25
D-81369 München
Tel. +49-89-74 79 28 26
www.doppeltext.com
info@doppeltext.com

Пиковая дама означает
тайную недоброжелательность.
Новейшая гадательная книга.

Die Pique-Dame bedeutet
versteckte Feindseligkeit.
Neuestes Wahrsagebuch

I

А в ненастные дни
Собирались они
Часто;

Ob es regnet und schneit
sind zum Spiel sie bereit
stündlich.

Гнули — Бог их прости! —
От пятидесяти
На сто,

Haben, Gott sei’s geklagt,
manches Hundert gewagt
gründlich.

И выигрывали,
И отписывали
Мелом.

Wer verlor, wer gewann,
Alles kreiden sie an
deutlich.

Так, в ненастные дни,
Занимались они
Делом.

Ob es regnet und schneit,
sie benutzen die Zeit
weidlich.
Übersetzt von August Bernhard

ОДНАЖДЫ играли в карты у конногвардейца Нарумова.

Beim Gardeoffizier Narumow fand ein Kartenabend statt.

Долгая зимняя ночь прошла незаметно; сели ужинать в пятом часу утра.

Die lange Winternacht ging ganz unmerklich dahin, und man setzte sich zum Souper erst um fünf Uhr morgens.

Те, которые остались в выигрыше, ели с большим аппетитом; прочие, в рассеянности, сидели перед своими приборами.

Diejenigen, die gewonnen hatten, zeigten großen Appetit, die andern saßen zerstreut vor den leeren Tellern.

Но шампанское явилось, разговор оживился, и все приняли в нем участие.

Als der Champagner kam, wurde die Unterhaltung lebhafter, und alle nahmen an ihr teil.

— Что ты сделал, Сурин? — спросил хозяин.

»Nun, wie geht’s, Ssurin?« fragte der Gastgeber.

— Проиграл, по обыкновению. — Надобно признаться, что я несчастлив:

»Schlecht, ich habe alles verloren, wie gewöhnlich. Ich muß gestehen, ich habe immer Pech:

играю мирандолем, никогда не горячусь, ничем меня с толку не собьёшь, а всё проигрываюсь!

ich spiele Mirandole, ruhig, gelassen, lasse mich durch nichts aus der Fassung bringen, und doch verliere ich immer.«

— И ты не разу не соблазнился? ни разу не поставил на руте?.. Твердость твоя для меня удивительна.

»Hast du dich denn nie hinreißen lassen, Route zu setzen? … Ich bewundere deine Selbstbeherrschung!«

— А каков Германн! — сказал один из гостей, указывая на молодого инженера,

»Wie gefällt euch der Hermann?« sagte ein Gast, auf einen jungen Genieoffizier zeigend.

— отроду не брал он карты в руки, отроду не загнул ни одного пароли, а до пяти часов сидит с нами и смотрит на нашу игру!

»Er hat noch nie im Leben eine Karte angerührt, nie gesetzt, und doch bringt er es fertig, mit uns bis fünf Uhr dazusitzen und dem Spiel zuzuschauen.«

— Игра занимает меня сильно, — сказал Германн, — но я не в состоянии жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее.

»Das Spiel interessiert mich sehr,« sagte Hermann, »ich bin aber nicht in der Lage, das Unentbehrliche auf die Karte zu setzen, um Überflüssiges zu gewinnen.«

— Германн немец: он расчетлив, вот и всё! — заметил Томский.

»Hermann ist ein Deutscher: er ist sparsam und vernünftig – das ist die Sache!« versetzte Tomskij.

— А если кто для меня непонятен, так это моя бабушка графиня Анна Федотовна.

»Wen ich aber nicht begreife, das ist meine Großmutter Anna Fjodorowna.«

— Как? что? — закричали гости.

»Wieso?« riefen die Gäste.

— Не могу постигнуть, — продолжал Томский, — каким образом бабушка моя не понтирует!

»Ich finde es unbegreiflich,« fuhr Tomskij fort, »warum sie nie pointiert.«

— Да что ж тут удивительного, — сказал Нарумов, — что осьмидесятилетняя старуха не понтирует?

»Es wäre doch weit merkwürdiger, wenn eine achtzigjährige Alte pointieren würde,« bemerkte Narumow.

— Так вы ничего про неё не знаете?

»Wißt ihr denn gar nichts von ihr?«

— Нет! право, ничего!

»Nein, wirklich nichts.«

— О, так послушайте:

»Also hört!

Надобно знать, что бабушка моя, лет шестьдесят тому назад, ездила в Париж и была там в большой моде.

Ihr müßt wissen, daß meine Großmutter vor sechzig Jahren in Paris war und dort großen Erfolg hatte.

Народ бегал за нею, чтобы увидеть la Venus moscovite;

Das ganze Volk lief zusammen, um die ›Venus moscovite‹ zu sehen.

Ришелье за нею волочился, и бабушка уверяет, что он чуть было не застрелился от её жестокости.

Selbst Richelieu machte ihr den Hof, und meine Großmutter behauptet, er hätte sich ihretwegen beinahe das Leben genommen.

В то время дамы играли в фараон. Однажды при дворе она проиграла на слово герцогу Орлеанскому что-то очень много.

Um jene Zeit spielten die Damen noch Pharao. Einmal verlor meine Großmutter bei Hofe an den Herzog von Orleans eine bedeutende Summe, die sie ihm schuldig bleiben mußte.

Приехав домой, бабушка, отлепливая мушки с лица и отвязывая фижмы, объявила дедушке о своем проигрыше и приказала заплатить.

Nach Hause zurückgekehrt, erzählte sie dem Großvater, während sie die Mouches vom Gesicht nahm und den Reifrock abstreifte, von ihrer Spielschuld und befahl ihm, diese zu begleichen.

Покойный дедушка, сколько я помню, был род бабушкиного дворецкого.

Mein seliger Großvater wurde, so viel ich mich erinnere, von der Großmutter mehr als Haushofmeister behandelt

Он её боялся, как огня; однако, услышав о таком ужасном проигрыше, он вышел из себя,

und hatte vor ihr den größten Respekt. Als er aber von dieser ungeheuren Spielschuld hörte, wurde er ganz wild.

принес счёты, доказал ей, что в полгода они издержали полмиллиона,

Er brachte sein Ausgabenbuch und zeigte ihr, daß sie im letzten Halbjahr eine halbe Million verlebt hätten;

что под Парижем нет у них ни подмосковной, ни саратовской деревни, и начисто отказался от платежа.

bei Paris hätten sie weder die Moskauer, noch die Ssaratower Güter, er könne also unmöglich das Geld beschaffen.

Бабушка дала ему пощечину и легла спать одна, в знак своей немилости.

Die Großmutter gab ihm eine Ohrfeige und ging allein zu Bett, um ihm ihre Ungnade zu zeigen:

На другой день она велела позвать мужа, надеясь, что домашнее наказание над ним подействовало, но нашла его непоколебимым.

Am nächsten Morgen ließ sie den Mann rufen, den sie durch diese häusliche Strafe bekehrt glaubte. Er war aber noch immer unerbittlich.

В первый раз в жизни дошла она с ним до рассуждений и объяснений;

Da ließ sich die Großmutter zum erstenmal in ihrem Leben herab, mit ihm zu verhandeln;

думала усовестить его, снисходительно доказывая, что долг долгу розь

sie redete ihm ins Gewissen und versuchte ihm zu beweisen, daß eine Spielschuld doch etwas anderes sei als eine gewöhnliche Schuld,

и что есть разница между принцем и каретником. —

und daß es doch einen Unterschied gäbe zwischen einem Herzog und einem Wagenlieferanten.

Куда! дедушка бунтовал. Нет, да и только! Бабушка не знала, что делать.

Alles war vergebens, der Großvater ließ sich durch nichts umstimmen. Die Großmutter wußte nicht, was sie machen sollte.

С нею был коротко знаком человек очень замечательный.

Nun war sie mit einem höchst merkwürdigen Menschen intim bekannt.

Вы слышали о графе Сен-Жермене, о котором рассказывают так много чудесного.

Ihr habt wohl alle etwas vom Grafen Saint-Germain gehört, von dem so merkwürdige Dinge erzählt wurden.

Вы знаете, что он выдавал себя за Вечного Жида, за изобретателя жизненного эликсира и философского камня, и прочая.

Ihr wißt wohl, daß er sich für den Ewigen Juden, für den Erfinder des Lebenselixiers und des Steins der Weisen und so weiter ausgab.

Над ним смеялись, как над шарлатаном, а Казанова в своих Записках говорит, что он был шпион;

Er wurde oft als Scharlatan angesehen und verlacht; Casanova behauptet aber in seinen Memoiren, er sei ein Spion gewesen.

впрочем, Сен-Жермен, несмотря на свою таинственность, имел очень почтенную наружность и был в обществе человек очень любезный.

Dieser Saint-Germain sah übrigens, trotz aller Geheimniskrämerei sehr ehrwürdig aus und verstand es, sich in Gesellschaft höchst liebenswürdig zu zeigen.

Бабушка до сих пор любит его без памяти и сердится, если говорят об нём с неуважением.

Meine Großmutter liebt ihn noch heute mit heißer Liebe, und sie kann es nicht leiden, wenn man von ihm unehrerbietig spricht.

Бабушка знала, что Сен-Жермен мог располагать большими деньгами. Она решилась к нему прибегнуть. Написала ему записку и просила немедленно к ней приехать.

Sie wußte, daß er über unheimliche Geldmittel verfügte. Sie schrieb ihm also ein Billett, er möchte sie sofort besuchen.

Старый чудак явился тотчас и застал в ужасном горе.

Der alte Sonderling leistete der Einladung sofort Folge und fand sie in größtem Kummer.

Она описала ему самыми черными красками варварство мужа

Sie beschrieb ihm in den düstersten Farben die Barbarei ihres Mannes

и сказала наконец, что всю свою надежду полагает на его дружбу и любезность.

und sagte, sie setze ihre letzte Hoffnung auf seine Freundschaft und Liebenswürdigkeit.

Сен-Жермен задумался.

Der Graf geriet in einige Verlegenheit.

«Я могу услужить вам этой суммою, — сказал он, — но знаю, что вы не будете спокойны, пока со мной не расплатитесь,

›Ich könnte Ihnen wohl die nötige Summe leihen,‹ sagte er, ›aber ich weiß, daß Sie keine Ruhe finden werden, ehe Sie mir das Geld zurückzahlen;

а я бы не желал вводить вас в новые хлопоты. Есть другое средство: вы можете отыграться».

ich will Ihnen aber keine neuen Sorgen machen. Ich weiß ein anderes Mittel: Sie können das Geld zurückgewinnen.‹

«Но, любезный граф, — отвечала бабушка, — я говорю вам, что у нас денег вовсе нет».

›Aber, lieber Graf,‹ sagte die Großmutter, ich habe Ihnen ja gesagt, daß wir kein Geld haben.‹

— «Деньги тут не нужны, — возразил Сен-Жермен: — извольте меня выслушать».

›Sie brauchen dazu kein Geld,‹ sagte Saint-Germain. ›Hören Sie mich nur an.‹

Тут он открыл ей тайну, за которую всякий из нас дорого бы дал…

Und da vertraute er ihr ein Geheimnis an, für das wohl jeder von uns sehr viel geben würde…«

Пиковая дама означает
тайную недоброжелательность.
Новейшая гадательная книга.

I

А в ненастные дни
Собирались они
Часто;
Гнули — Бог их прости! —
От пятидесяти
На сто,
И выигрывали,
И отписывали
Мелом.
Так, в ненастные дни,
Занимались они
Делом.

ОДНАЖДЫ играли в карты у конногвардейца Нарумова. Долгая зимняя ночь прошла незаметно; сели ужинать в пятом часу утра. Те, которые остались в выигрыше, ели с большим аппетитом; прочие, в рассеянности, сидели перед своими приборами. Но шампанское явилось, разговор оживился, и все приняли в нем участие.

— Что ты сделал, Сурин? — спросил хозяин.

— Проиграл, по обыкновению. — Надобно признаться, что я несчастлив: играю мирандолем, никогда не горячусь, ничем меня с толку не собьёшь, а всё проигрываюсь!

— И ты не разу не соблазнился? ни разу не поставил на руте?.. Твердость твоя для меня удивительна.

— А каков Германн! — сказал один из гостей, указывая на молодого инженера, — отроду не брал он карты в руки, отроду не загнул ни одного пароли, а до пяти часов сидит с нами и смотрит на нашу игру!

— Игра занимает меня сильно, — сказал Германн, — но я не в состоянии жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее.

— Германн немец: он расчетлив, вот и всё! — заметил Томский. — А если кто для меня непонятен, так это моя бабушка графиня Анна Федотовна.

— Как? что? — закричали гости.

— Не могу постигнуть, — продолжал Томский, — каким образом бабушка моя не понтирует!

— Да что ж тут удивительного, — сказал Нарумов, — что осьмидесятилетняя старуха не понтирует?

— Так вы ничего про неё не знаете?

— Нет! право, ничего!

— О, так послушайте:

Надобно знать, что бабушка моя, лет шестьдесят тому назад, ездила в Париж и была там в большой моде. Народ бегал за нею, чтобы увидеть la Venus moscovite; Ришелье за нею волочился, и бабушка уверяет, что он чуть было не застрелился от её жестокости.

В то время дамы играли в фараон. Однажды при дворе она проиграла на слово герцогу Орлеанскому что-то очень много. Приехав домой, бабушка, отлепливая мушки с лица и отвязывая фижмы, объявила дедушке о своем проигрыше и приказала заплатить.

Покойный дедушка, сколько я помню, был род бабушкиного дворецкого. Он её боялся, как огня; однако, услышав о таком ужасном проигрыше, он вышел из себя, принес счёты, доказал ей, что в полгода они издержали полмиллиона, что под Парижем нет у них ни подмосковной, ни саратовской деревни, и начисто отказался от платежа. Бабушка дала ему пощечину и легла спать одна, в знак своей немилости.

На другой день она велела позвать мужа, надеясь, что домашнее наказание над ним подействовало, но нашла его непоколебимым. В первый раз в жизни дошла она с ним до рассуждений и объяснений; думала усовестить его, снисходительно доказывая, что долг долгу розь и что есть разница между принцем и каретником. — Куда! дедушка бунтовал. Нет, да и только! Бабушка не знала, что делать.

С нею был коротко знаком человек очень замечательный. Вы слышали о графе Сен-Жермене, о котором рассказывают так много чудесного. Вы знаете, что он выдавал себя за Вечного Жида, за изобретателя жизненного эликсира и философского камня, и прочая. Над ним смеялись, как над шарлатаном, а Казанова в своих Записках говорит, что он был шпион; впрочем, Сен-Жермен, несмотря на свою таинственность, имел очень почтенную наружность и был в обществе человек очень любезный. Бабушка до сих пор любит его без памяти и сердится, если говорят об нём с неуважением. Бабушка знала, что Сен-Жермен мог располагать большими деньгами. Она решилась к нему прибегнуть. Написала ему записку и просила немедленно к ней приехать.

Старый чудак явился тотчас и застал в ужасном горе. Она описала ему самыми черными красками варварство мужа и сказала наконец, что всю свою надежду полагает на его дружбу и любезность.

Сен-Жермен задумался.

«Я могу услужить вам этой суммою, — сказал он, — но знаю, что вы не будете спокойны, пока со мной не расплатитесь, а я бы не желал вводить вас в новые хлопоты. Есть другое средство: вы можете отыграться». «Но, любезный граф, — отвечала бабушка, — я говорю вам, что у нас денег вовсе нет». — «Деньги тут не нужны, — возразил Сен-Жермен: — извольте меня выслушать». Тут он открыл ей тайну, за которую всякий из нас дорого бы дал…